Сказка про Астение

Жило да было растение.  У  него был тоненький-тоненький слабый стебелёк и бледные продолговатые листочки, штук пять.  И называлось растение очень странно – Астение. А всё потому, что когда оно было крохотным росточком, подошёл к нему  человек, который не умел произносить букву «Р».  И сказал этот человек так:

— А это ещё что за неизвестное науке хилое `астение? Пом`ёт,  п`ежде чем вы`астет!

Хотя растение, на самом деле,  было известным науке. Просто человек попался неграмотный. Но вот на тебе – брякнул ерунду, и все поверили. И тут же к нашему  растению прилепилось  и ожидание того, что оно скоро зачахнет, и это нелепое имя …

Вот уж верно говорят: по имени и житие…  И это «житие» стало проявляться в нашем герое день за днём.

Уж очень сильно его случайное имя было похоже на человеческую болезнь с названием «астения». Это когда человек почти всегда находится в состоянии бессилия, часто утомляется и выдыхается, не может долго трудиться. А если он переутомится, то однажды наступает такой момент, когда человек брык – и почти сломался. И нужно брать большую паузу, чтобы восстанавливаться-восстанавливаться-восстанавливаться, и только после этого пытаться идти дальше…

Вот наше растение раз за разом и истощалось прежде, чем начинало всерьёз расти. А на дворе уже был сентябрь…

Если бы не тот злосчастный случай в раннем детстве,  осенью наше растение должно было стать довольно высоким, красивым цветком с крепким сочным стеблем, красивыми резными листочками и золотой курчавой шапочкой! «Золото Девы Марии» — такая о нём должна была идти добрая молва, как шла она испокон веков  обо всех его сородичах.

Но растение об этом не знало.  Оно знало лишь о том, что ему очень тяжело. Что его чахлый стебель  тонок и слаб, что листочки бледны и малосильны. А жизненных соков хватает лишь на то, чтобы стоять более-менее прямо.

Целое лето растение видело, что другие растения набираются сил  и однажды расцветают. Да так, что дух захватывает!  Оно видело, как цветут величественные георгины и флоксы, как под тяжестью цветения склоняются мудрые головы пионов, как весело перемигиваются ромашечки и устраивают тихий перезвон колокольцы. Цвели все! И только Астение не могло цвести….

Несколько раз Астение напрягало свои крохотные жизненные силы и выбрасывало малюсенький бутон.

«Ну, теперь-то точно зацвету!» — думало оно. Но проходило несколько дней;  силы, затраченные на создание бутона, у Астения вконец иссякали, и бутон погибал, не раскрывшись…

И снова Астение стояло слабым и бессильным стебельком среди буйно цветущего сада. И ему было ужасно стыдно и горько, что оно не может войти со своей «ноткой  цветения»  в эту божественную симфонию всеобщего процветания…

Однажды Астение не выдержало и горько заплакало.

— Почему я не такое как все??? – говорило оно сквозь слёзы. – Почему все могут расти, а я нет? Что я за урод такой? Зачем я вообще появилось на земле, да ещё среди сада, где цветёт всё, и даже воткнутые палки готовы зацвести? Почему я не могу жить в полную силу? Что я делаю не так?  Я так хочу жить и цвети! Жить и процветать!!!

И вместе с последними словами слёзы Астения начали капать на землю: кап…кап…кап…  Они капали, капали и капали… И вдруг все увидели, что Астениевы слёзки, соприкасаясь с землёй,  превращаются…в золотые сияющие искры, наподобие звёздных!

— Сыночек мой, милый! – вдруг услышало  Астение добрый и ласковый голос. – Как чиста твоя жажда подлинной жизни! Она сильнее всех наговоров! Благодаря ей, наконец-то  я нашла  тебя, дитя!

Астение подняло голову и увидело Прекрасную Деву.  Над  Её головой разливалось золотое сияние, от которого и ночью было светлее чем днём.

— Кто вы? – только и пролепетало оно.

— Я – Дева Мария, сынок.  И я пришла, чтобы утешить тебя и сказать, что настал твой час подлинного цветения!

-А почему…ну, почему вы такая красивая,  божественная, пришли ко мне, маленькому и слабому? Почему вы называете меня «сынок»?… – еле слышно ответило Астение.

— Сынок, потому что испокон веков твой род был особо любим Мною.  Ваше цветение, процветание среди людей называлось Золотом Девы Марии. Ведь оно было посвящено Мне и Моему Сыну…

— Мне никто об этом не говорил… — горько выдохнуло Астение. – Мне только сказали, что я неизвестный науке хилятик, которому надо умереть прежде чем я вырасту…

— Но ведь ты победил это наваждение, сынок!

— Чем?

— Жаждой подлинной жизни! Жаждой цветения!  Именно она заставила засиять золотом твои капли слёз и помогла мне найти тебя! Знаешь, как долго я тебя искала, дитя? С самого раннего твоего детства…

Астение слушало Деву Марию и снова плакало.

— О чём твои слёзы на этот раз, сынок? – спросила Она.

— О том, что уже осень! Скоро конец сентября! Мне осталось жить на земле месяц или два, пока не придёт зима. А я так и не знаю, что такое – цвести, и тем более — цвести во имя Тебя и Твоего Сына… и уже никогда не узнаю, ведь на это надо столько сил и времени…

— Сынок, не печалься! – погладила его листочки Дева Мария. – Если я тебя нашла, значит, обязательно помогу исполниться твоей мечте, твоему смыслу жизни! Но прежде я назову твоё подлинное имя! Услышав его, ты напитаешься силами жизни и вмиг окрепнешь.

У цветка от этих слов перехватило дыхание: он узнает своё настоящее имя! И будет цвести!

А Дева Мария продолжала:

— Твой род  был назван в честь Тагеса, умного  и прозорливого внука Юпитера. Иногда  тебя зовут Чернобривец, а ещё – Бархатец. И Золотом Девы Марии, конечно. Всё это  твои имена, сынок!

— Тагес? Чернобривец?? Бархатец??? – изумился цветок. –Значит, я никакое не хилое Астение? А настоящий садовый цветок???

— Да, моё золотко! И твоей золотой ноте пришла пора зазвучать в симфонии всеобщего цветения!

С этими словами Дева Мария собрала с земли искры, некогда бывшие слезами Астения. И, взмахнув руками, осыпала ими Бархатца с макушки до корней!

И в тот же миг Бархатец  почувствовал, как наполняются силой его корни, как укрепляется стебель, как начинают расти новые и новые листочки!

— Каким могучим я становлюсь, Дева  Мария!- воскликнул он. —  Сколько во мне открылось сил жить и процветать!  Это свершилось!  И я дарю это цветение Тебе и твоему Сыну!!!

И на этих словах, над крепким сочным стеблем Бархатца возник большой и красивый бутон! А уже через миг бутон распустился и стал прекрасным золотым цветком.

— Дева Мария, я расцвёл!  Наконец-то расцвёл!! – ликовал Бархатец. – Я ЦВЕТУ!!!

— Цвети, сынок! – улыбаясь, ответила Дева Мария. – Только никогда не забывай, что твой род цветёт во имя Меня и Моего Сына.  Передавай это знание дальше! И ваше цветение, ваше процветание  не закончится никогда!

И с этими словами Дева Мария поднялась на золотое облако словно на трон, и вознеслась на нём в небеса.

А на земле, посреди ярко цветущего осеннего сада, стоял красивый и сильный  Бархатец с ослепительно-золотой копной лепестков  и покачивая листочками, тихо говорил:

—  Моё процветание, моё цветение – это Золото Девы Марии! Я передам это знание всем своим потомкам! И Бархатцы будут процветать  ныне, и присно, и вовеки веков — всегда!

(С) Оксана Ахметова

21.01.2019 год

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *